На главную страницу
"Дети солнца"

Предыдущая Следующая

         Продолжая разговор об “Огоньке на Моховой” необходимо привести те направления, по которым велась работа над упражнениями, ставшими материалом спектакля:

Речевая и социальная пародия

Музыкально пластическая пародия

“Портретная копия” с элементами шаржа

1.                   Любители – кактусисты

2.                   Поэты

3.                   Спортсмены

4.                   Старый джаз

5.                   Кабачок                    “13 стульев”

6.                   Театральный критик

7.                   Преподаватель истории искусства

8.                   В мире животных

9.                   Итальянский неореалистический фильм

 

  1. Дуэт и танец из фильма “Кабаре”
  2. Алла Пугачева
  3. Клоун – мим
  4. Чаплин, Пат, Паташон
  5. Японские самураи
  6. Цыганский ансамбль
  7. Песня “My name’s Christine”

1.        Клавдия Шульженко

2.        Леонид Утесов

3.        Игорь Ильинский

4.        Всеволод Санаев

5.        Лайза Минелли

 

         Конечно же, в этой таблице приведены далеко не все упражнения, из которых появились номера, исполнявшиеся на сцене Учебного театра. Практически каждый студент курса в аудитории проделал по 4 -5 упражнений по каждой теме, причем отметим, что часто это были самостоятельно придуманные упражнения, а порой В.В. Петров давал конкретные задания тому или иному студенту. Так было с Л. Мочалиной, которой Мастер посоветовал приглядеться к манере пения К.М. Шульженко, и это упражнение было с блеском выполнено. По  его просьбе был подготовлен номер “Джазовый оркестр”, в котором студенты “играя” на специально изготовленных во много раз уменьшенных копиях музыкальных инструментов, шаржировано воспроизводили манеру поведения опытных джазменов. Кое-какие работы не могли быть перенесены на большую сцену в силу технических условий, ибо качественная фонограмма часто отсутствовала, или, в силу существовавшей в то время техники ее чистка и перезапись были невозможны. Многие яркие пародии оказались “за бортом” спектакля в силу соображений цензурного характера. Причем, как это ни жалко, текст большинства номеров на большой сцене звучал абсолютно по другому, чем на уроках в аудитории. Понятно, что и это было вызвано также цензурными запретами. Тем не менее, “Огонек на Моховой” стал настоящим глотком творческой свободы для его участников и зрителей и запомнился театральному Ленинграду на долгие годы. Конечно же этому способствовало и “соседство” с ним во втором отделении замечательного представления “Если бы! Если бы!”, поставленного А.И. Кацманом со студентами его курса. Это представление было построено также на упражнениях и самостоятельных работах, но построено по несколько иным принципам.


Предыдущая Следующая